Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
21:16 

Во имя Праймаса. Глава 9. Через дальние рубежи (часть 2)

MsInitu
Злобный ленивец
Фэндом: Трансформеры
Бета (редактор): Skysword
Основные персонажи: Нокаут, Блэр, Баррикейд, Рэмджет, Броул.
Рейтинг: G
Предупреждения: OOC, AU

Нокаут заглянул в электронный журнал на рабочей консоли, в надежде больше там не увидеть ни одного пациента, ожидающего своей очереди на приём. Он устал. Очень сильно устал. И вчера в кои-то веки сорвался на Старскрима, заявив, что он пока один такой медик на все манипуляторы среди десептиконов, не считая Хука, и быть везде и сразу он не может по определению, даже если вообще забудет про отдых, перезарядку и личную жизнь. Последней, правда, не было вообще, но это только его личный вопрос. Главнокомандующий ВВС не извинился — Старскрим и извинения было несовместимы по определению — но список предстоящих служебных командировок для Нокаута отменил. И за это спасибо!

Таблица записи мигнула и высветила один пункт, значит остался последний пациент. Мгновенная досада тут же сменилась искренним удивлением и радостью сразу же после того, как медик прочитал имя. Блэр! Быть того не может!

Нокаут открыл дверную панель своего медицинского отсека. В коридоре ожидания тут же поднялся стройный трансформер с ярко сине-голубой бронёй.

— Блэр? Что ты тут делаешь?

— Я решил перевестись на реабилитационное наблюдение к тебе. Рэтчету трудно объяснить что нужно гонщику. Другим медикам я не доверяю.

— А мне доверяешь? — было приятно осознавать, что гонщик выбрал именно его.

— Тебе — да. Иначе не пришёл бы.

— Проходи, — Нокаут посторонился, пропуская своего самого удивительного пациента.

Блэр вошёл, огляделся. Ни капли нервозности, само спокойствие. Нокаут даже ему завидовал. Сам он впервые не знал как себя вести. А если так, значит нужно вести себя как медбот. По предписанию.

— Ложись на платформу, — деловито скомандовал Нокаут, включая необходимую аппаратуру. — Сейчас я изучу детально твоё дело, и приступим. Хорошо?

— Как скажешь.

Нокаут внимательно вчитывался в диагноз, назначения, проведённые манипуляции и рекомендации, что переслали с Парадрона. Придраться было не к чему, тамошний медперсонал не зря запрашивал огромные суммы в кредитах. Сращивание всех систем проходило быстро и без последствий.

— Теперь сравним то что написано, с тем что в реале, — обратился Нокаут к своему терпеливому пациенту, подключая к синему корпусу считывающие зонды. — Не самая приятная процедура, но без неё никак, к сожалению.

Блэр только кивнул. Теперь Нокаут изучал показатели всех систем гонщика, фиксируя все расхождения с нормой, все ошибки систем, неточные настройки, даже малейшие помехи. Когда сканирование дошло до интерфейс-сети, окуляры медика стали выползать из орбит.

— Блэр, ты совсем процессором тронулся? Ты зачем себе блоки на интерфейс-протоколы поставил?! Давно?

— Давно, — гонщик, кажется, был сильно смущён, но старательно пытался это скрыть.

— Не удивительно, что ты столько подлянок на треке пропустил, — Нокаут с укором смотрел на своего пациента. — От спарков такого мог ожидать, но от тебя... в процессоре не укладывается! Ты чем думал? Логические цепи тоже отключил? Только не говори теперь, что не знал, как это негативно сказывается на скорости реакции и всей нейросети.

— Такой вариант был приемлем и являлся самым оптимальным, — синяя оптика горела ровно. Взгляд гонщик отводить не собирался. — Напряжение сбрасывать до конца через симулятор не получалось, ходить постоянно к медикам за помощью...

— Гордость не позволяла, да? — насмешливо фыркнул Нокаут. — Расслабься, не ты один такой. Почти никто не доходит. А сексботов не пробовал?

— Не хотел, — просто ответил Блэр.

— Это принцип или брезгуешь?

Гонщик несколько кликов обдумывал вопрос со всей серьёзностью. Потом, поморщившись, согласился.

— Да, наверное брезгливость. Я, конечно, понимаю, что и внутренние системы они себе чистят и корпус, и фон обнуляют после каждого клиента. Но всё равно. Берёшь будто чужое. И искра молчит. Пробовал. Сам процесс нормально проходил, они своё дело знают, конечно, но вот потом...

— Хотелось хорошо отмыться самому? — подсказал Нокаут, блеснув красными окулярами. — А ты не пробовал не по забегаловкам штатным ходить, а к элите в данной профессии обратиться? Они не с каждым даже за один столик присядут, не то что на коннект согласятся. Но при твоих известности и имидже любой из их группы с радостью к тебе на платформу запрыгнет. Клиенты у них обычно постоянные, платят хорошо, да и сексботы такого уровня — совсем не то что уличные. Искрой тоже работают, энергополя сгенерируют какие хочешь. Конечно, на искрового партнёра не похоже, но зато после стыковки не чувствуешь себя будто отработкой политым.

— Я даже не знал, что у них подобные разделения практикуются, — искренне удивился Блэр.

— Не знал? Ты вращаешься среди самой элиты, постоянно мелькаешь по головизору, приглашён на все модные тусовки по всему Кибертрону, и ты не знал?!?

— Я не очень увлекаюсь подобным. Мне нравится трек, мне нравится скорость, мне нравятся гонки. Я чувствую в себе способности как тренера для юных гонщиков. Но я никогда не мечтал попасть на экраны головизоров. И светские приёмы посещать я тоже не большой любитель.

— Ты меня пугаешь, автобот! При твоих способностях, корпусе, данных и внешности копаться только в машинном масле и смазке, да сжигать резину на треке — это не нормально!

— Вот именно поэтому и не люблю посещать. Вместо отдыха я чувствую себя переходящим главным призом среди желающих получить мой корпус в пользование хотя бы на один вечер. Кажется, их всех вообще не волнует, вспомню ли я на утро хотя бы их имя. Главное — сам факт обладания и засветиться рядом.

— Обратная сторона славы. Что ты хотел?

— Серьёзных отношений. Равноправных. Партнёра. Семью. Бэт.

Нокаут от удивления воспроизвёл вокалайзером не совсем приличный звук, но даже не обратил на это внимания.

— Блэр... Ты не перестаёшь меня поражать! — наконец признался красно-бордовый медик. — Ты самая большая загадка современности! Скажи, как... нет, КАК ты смог сохранить свою искру такой... такой чистой?

Пронзительно синяя оптика гонщика мигнула. Легенда гоночных треков лежал на платформе крайне смущённый, и на этот раз он даже не пытался этого скрыть.

— Ты мой пациент, — лукаво улыбнулся Нокаут. — Значит ты меня слушаешься во всём, что касается твоего корпуса и функционирования. Согласен?
Кивок.

— Первое, что мы делаем, это снимаем все эти шлаковы блокировки. Раз хочешь партнёра, нейросеть должна работать на полную, интерфейс-протоколы тоже. Не хочешь сексботов, значит сам тебе буду сбрасывать напряжение. Но если хочешь выехать снова на трек, то от меня выйдешь только полностью функциональным, предельно готовым не только к скорости, но и ко всему остальному.

Нокаут даже не стал дожидаться согласия, просто раздвинул сбоку сине-голубую броню и вставил тонкую иглу в открывшиеся разъёмы. Подключившись к чужой системе он стал искать нужные протоколы, а затем снял с них по очереди выставленную защиту. Проверил подсоединение, прямой сигнал, обратный, общий отклик систем, и только когда убедился что всё работает как следует, отключился. Первое что он увидел по возвращению в онлайн — это огромные, округлившиеся окуляры Блэра. Гонщик молчал, но он явно чувствовал себя не очень важно.

— Первый сброс напряжения произвести прямо сейчас? После столь долгой блокировки системы могут выдавать некоторые ошибки, — обратился медик к автоботу, пытаясь догадаться что именно его беспокоит.

— Спасибо, не требуется пока. Ты подключился ко мне!

— Ну да. Конечно. Что тебя удивляет? — теперь был сбит с толку Нокаут. Он что-то сделал не так?

— Ко мне лично подключался только Рэтчет. И только несколько раз.

— С этим тоже есть проблемы? — Нокауту уже стало любопытно.

— Наверное нет. Просто у автоботов не принято подключаться лично, если ситуация того не требует. Обычно, всё делается через медицинские сканирующие системы. У десептиконов не так?

— Не так, — засмеялся Нокаут. — У десептиконов всё проще! Я бы даже и не подозревал сколь у вас ранимое отношение к собственному личному пространству, если бы ты не попал на мою ремплатформу, Блэр! Поверить не могу в то, что только что услышал! Это же обычное личное подключение к информационной системе, экономящее время, а также, упрощающее все медицинские настройки! Лучше делать что-то лично, чем через передатчик, не находишь?

— Да, наверное, подобная практика имеет смысл.

— Ещё как имеет! Это же не интерфейс в конце концов, а медицинские манипуляции! Не самые неприятные, что является полной правдой, но абсолютно обыденные.

— Я бы сказал, что весьма похоже. По ощущениям.

— На что?

— На интерфейс. Дружеский.

Теперь Нокаут вытаращил окуляры на автобота. К нему самому никто ни разу не подключался напрямую. Во-первых, не было повода; во-вторых, он и сам мог спокойно подкалибровать все свои настройки. Интересный момент. Так вот почему некоторые особо продвинутые к нему частенько наведывались, то одно настроить, то другое. Ну, держитесь, шарки недоделанные! Теперь он им устроит "дружеский интерфейс".

— Спасибо. Теперь буду знать. Пока никто не жаловался.

— Да и жаловаться не на что, — Блэр широко улыбнулся. — Ощущения самые что ни на есть приятные. Даже весьма. Ты очень аккуратен в... ммм... процессе.

— На сегодня всё, — не зная что ещё сказать, выдал медик. — Последующее обследование ровно через семь ротаций. И очень прошу, не пропускай его, хорошо? Я и так устанавливаю достаточно большой интервал.

Пока Блэр слезал с ремонтной платформы, Нокаут скинул на датапад все рекомендации и дозволенные для нынешнего состояния корпуса нагрузки.
— Придерживайся рекомендованного режима. Номер присадок я тебе записал. Если будут проблемы с интерфейс-сетью — не тяни. Я сброшу напряжение. Начальное сбрасывать куда как легче, чем уже скопившееся. Тебе сейчас такие встряски ни к чему. И учись взаимодействовать со своим корпусом. Ты гонщик. Твои сети чувствительные и моторка быстрая. То, что ты быстро заводишься, касается не только трека. И это абсолютно нормально, и это несомненный плюс в будущих личных отношениях. И уж точно, глушить то, чем тебя одарил Праймас, не самый рациональный подход.

Блэр кивнул и покинул медицинский отсек в весьма задумчивом состоянии. Идея перевестись на реабилитационное наблюдение к Нокауту была явно одной из самых верных за всё его долгое функционирование.

***

Броул в своей альтформе танка на полном ходу снёс наспех сваленные на въезде в посёлок нейтралов заграждения. Как оказалось, это была лишь хлипкая преграда, наспех собранная из разного мусора забаррикадировавшимися в небольшом поселении контрабандистами.

Отряду Броула было предписано как можно скорее захватить данный объект, а также предотвратить починку боевого крейсера неизвестной вооружённой группы, ротацию назад обстрелявшей патруль сектора, уничтожившей патрульный шаттл и деактивировавшей несколько трансформеров. Правда, в ходе этого короткого боя корабль бандитов также был повреждён. Разведчик-перехватчик, поймав сигнал бедствия патруля, отследил контрабандистов до соседней планетарной системы и сбросил координаты ближайшей военной базе.

Ближайшая военная база была местом дислокации отряда боевиконов, в состав которого входили Броул и Баррикейд. Проблема заключалась в том, что шаттл отряда штурмовиков был не помехой боевому, полностью оснащённому крейсеру бандитов, успей те починить его. Потому, все силы были брошены на планетарный, ближний бой. Изначально, Онслот со своими бойцами рассчитывал на лёгкую прогулку, размять шарниры, как говорится. Но после того как в первый же брийм от начала осады был серьёзно подбит Свиндл, боевиконы стали подозревать что крупно влипли.

Баррикейда они отправили на разведку ещё до начала осады. Его личная частота до сих пор молчала. Это могло говорить как о временных затруднениях в выполнении задания, так и полный провал миссии разведчика. Помимо почти выпадающего в блокировку Свиндла, Онслота, решившего вытащить раненого товарища с места сражения любой ценой, и Броула, их отряд насчитывал ещё троих молодых, почти не обкатанных в боях боевиконов. Ничтожно мало, если рассудить здраво. Им нужна была поддержка. Но поддержка запаздывала. А крейсер контрабандистов упускать было никак нельзя. Тем временем, охраняющие баррикады на въезде в поселение вели непрекращающийся огонь по всему сектору.

— Броул, нужен отвлекающий манёвр, иначе мы потеряем Свиндла, — не выдержал в итоге командир.

Боевиконы переглянулись и поняли друг друга без дальнейших обсуждений. Нужно прорываться, иначе все здесь полягут. Помощь просто не успеет.
И Броул, отдав приказ остальным бойцам, повёл их за собой на штурм посёлка. Онслот остался сзади, скрывшись между камней, затаившись, готовый выполнить марш-бросок по открытой местности с раненым подчинённым на плече, как только Броул подаст сигнал.

Штурмовики выкладывались по полной. Они перебегали от укрытия к укрытию, выпускали в сторону противника шквал смертельного огня, ракеты, при этом уклоняясь от не менее метко пущенных снарядов в ответку. Броул шаг за шагом пробирался к заваленному въезду в посёлок. Послав в обманку чуть левее сразу несколько снарядов, боевикон трансформировался, и на всех мощностях двинул к баррикадам. Он пытался набрать максимальную скорость, чтобы увеличить мощь удара. За ним, прикрытые его сверхпрочной бронёй, держали почти сикерский клин остальные бойцы. Два раза по Броулу попали из лазерной пушки, но броня выдержала, зато закоротило несколько систем. Боевикона это только разозлило ещё больше.

Видимо, Праймас их всё-таки услышал. Баррикады из мусора были не помехой мощному танк-формеру. Он с лёгкостью врезался в преграду, раскидывая во все стороны заслоны, и тут же послал сигнал Онслоту. Теперь за Свиндла можно было не переживать. Прорываясь в посёлок, Броул испытывал почти забытое торжество от вкуса победы.

Но впереди было ещё несколько корпусов противника, а вдалеке виднелся боевой крейсер. И там явно происходило что-то весьма интересное.

Баррикейд осторожно скользил в тенях, отбрасываемых зданиями в свете имеющейся подсветки пустынных убогих улиц посёлка. Разведчик заметил на своём пути несколько совсем недавно деактивированных корпусов нейтралов. Значит, эти безумцы в самом начале пытались оказать сопротивление. Глупо. Но когда Баррикейд заметил деактивированный корпус совсем малого спарка, он почувствовал, как гнев захлёстывает его. Такой клокочущей, убийственной ярости десептикон не ощущал уже очень давно. Логические цепи стали постепенно отключаться, процессор вырубил все второстепенные для боя программы, и бросил всю освободившуюся мощность на системы отвечающие за ведение боевых действий и выживание.

Сейчас Баррикейд превратился в небольшую, юркую машину для убийства. Его аудиодатчики фиксировали любой звук, составляя сетку помех. Вычленив из звуков перестрелки выстрелы произведённые с координат своего отряда, он поставил на них блок. По остальным выстрелам он вычислил местоположение почти всех бойцов из контрабандистов, охраняющих баррикады. Это дало прекрасную возможность обойти защитников незамеченным. Увидев из чего они собрали свои защитные барьеры, разведчик тут же вычеркнул данный пункт из списка первостепенных задач. Для Броула это не проблема. Этот сектор боевиконы смогут зачистить. Значит, необходимо было следовать дальше. Баррикейд засёк чуть искажённые звуки в тщательно отслеживаемой эфирной тишине. Противник контролируют все частоты. Подать сигнал своим не удастся. Засекут мгновенно. Ну, и шлак с ними! Придётся выкручиваться одному.
Заметив крейсер и суетившихся рядом с ним трансформеров, Баррикейд взял курс на конечную цель. Помешать. Дезориентировать. Напасть. Задержать. Уничтожить. Для прямого нападения его боевой мощи было катастрофически мало. Следовательно, стоит задуматься о диверсии. Проникнуть внутрь корабля не удастся. Это понятно. Баррикейд оглядел окружающую местность в попытке понять как это всё можно использовать в собственных целях. Бедность поселения была просто ужасающая. Но кое-что всё-таки было. Колодцы силовых систем. Значит, кабели проложены под землёй. Один из колодцев располагался почти под опорой крейсера. Вот и возможность подобраться ближе. А если появится возможность закоротить кабель о корпус крейсера, это будет один из лучших орнов в его функционировании!

Два брийма ушло на поиск ближайшего люка. Несколько кликов — на взлом запирающего устройства, и ещё несколько — на спуск в узкий тоннель. Силовые кабели лежали неровно, незакреплённые, как придётся. Значит надо ползти. Баррикейд ненавидел замкнутое пространство. Но он пополз, тихо матерясь, поминая всех, кого только мог вспомнить, по самый юникроновский выхлоп. Два раза он чуть не запутался в кабелях. Один раз свернул не туда, но вовремя понял свою ошибку. Но в целом, он достаточно быстро добрался до нужного колодца. Очень осторожно, стараясь не производить даже малейшего шороха, Баррикейд распрямился в самом жерле колодца, активировал свою единственную лазерную установку и пробно раскрутил гиролезвия. Всё работало в штатном режиме. Отлично. Колодец был открыт, один из кабелей был подключен к крейсеру — заряжаются. Разведчик осмотрел системы стыковки корабля. Ему не по дентопластинам такое. Значит, нужно что-то придумать с системой подзарядки. Просто отключить — не вариант. Процент закаченной энергии наверняка уже близок к максимуму. Значит, нужно... откачать! Решение пришло мгновенно.

Баррикейд нырнул в туннель заново, быстро отыскал принимающий кабель, метким ударом перерубив его. Глядя на искрящие два конца, Баррикейд один из них забросил как можно дальше в спасительную темноту туннеля, а второй как можно ближе подтащил к колодцу. Подсоединив обрубок принимающего кабеля к подключённой к кораблю магистрали, он с удовлетворением увидел, что часть энергии сразу же потекла в противоположную от крейсера сторону, оттягиваемая принимающей стороной. Тогда разведчик полоснул лезвиями ниже уровня стыка, обрубая подающую систему, и принимающий кабель мгновенно стал откачивать энергию из корабельных систем. Баррикейд приготовился к обороне своего изобретения и соединительной системы крейсера. Если получится откачать достаточно энергии, то они просто не смогут взлететь!

Нападение не заставило себя долго ждать. Системы охраны корабля тут же засекли несанкционированное подключение и принудительную откачку энергии. Бойцы, охраняющие свой корабль, тут же выдвинулись устранить помеху и восстановить систему подзарядки. Одного Баррикейд снял точным ударом из-за опоры прямо в топливные шланги на шее. Используя бьющийся в агонии корпус противника словно щит, Баррикейд прикрывался им от выстрелов, а также обстреливал из бластера своей жертвы его собратьев по ремеслу. Удалось ранить ещё одного. Третий кинулся в рукопашную. Откинув ставший бесполезным деактивированный корпус контрабандиста, разведчик принял бой почти с радостью. Этот молодой бот был просто глупцом! Баррикейда мог победить только Броул или Онслот. А незадачливый мех не был ни тем ни другим. И десептикон почти в аккуратную стружку своими гиролезвиями настрогал чужую броню, испытывая непередаваемое удовлетворение. Перед окулярами всё ещё стояло маленький корпус деактивированного за просто так спарка.

Укрепившись под соединительной системой, положив как заслон корпуса побеждённых врагов, Баррикейд сумел продержаться до триумфального появления Броула. К тому моменту энергии из крейсера было откачано настолько много, что взлёт был сильно сомнителен несмотря на забитые под завязку топливные отсеки. Двигатели активировались, но с периодичностью "чихали" сгустками энергии и на полную мощь никак не запускались. Ну, а после того как Броул в своей трансформе разнёс энергетический мост, взлёт стал просто невозможен. Но контрабандисты сдаваться не собирались. Замуровав вход в корабль, они развернули орудия в сторону мощного Броула и попытались расстрелять его с корабля. Долго танк-формер не выдержал бы, но неожиданно с воздуха пришла поддержка. Помощь. Сикеры. Баррикейд устало прогнал воздух по системам и обессилено уселся прямо рядом с опорой.

Баррикейд сидел возле их шаттла, попивая обеззаряженный энергон со специальными присадками. И лениво наблюдал за тем, как Онслот и Броул сначала выдали командованию полный отчёт по проведённой боевой операции по задержанию особо опасных военных преступников, а затем получали благодарность. Свиндла уже переправили на медицинский баркас для оказания первой помощи.

Онслот наконец отпустил своего подчинённого и Броул присоединился к боевому товарищу.

— Их благодарность как-то материально измеряется? — поинтересовался Баррикейд, которому на все эти высокие материи как отвага, доблесть и воинский долг было отработанным налить.

— А то, — хмыкнул боевикон, грузно опускаясь рядом. — Сумма за задержание, плюс премия за то, что взяли цель функционирующей. У них к ним много вопросов. Оружием промышляли.

— Думаешь, эти пиратов и работорговцев снабжали?

— А то кто? Теперь потянут за ниточку откуда да как оружие брали.

— Не наше дело. Ты лучше о премии подробнее.

Броул заржал.
— Ты не исправим, Кейд! Но если тебя так это волнует, то на корпус получается по семь тысяч кредитов.

— Ни квинта себе! — спокойствие с Баррикейда слетело мгновенно. — Как теперь дорого воинская доблесть стоит!

— А ты как думал? Я ж тебя не просто так с собою звал.

— Спасибо. И как часто вы планируете выходить с поля боя героями? — разведчик с хитрой усмешкой смотрел на рослого, мощного боевикона.

— Что, понравилось? Онслот планирует весьма хорошо тут разбогатеть. А он и Свиндл всегда чувствуют хороший куш. Командир мечтает, что когда подастся в ветераны, ему не придётся довольствоваться одной пенсией. Он не хочет больше работать, мечтает купить себе дом в Полигексе. Говорит, развлекаться будет ездить в Айакон, а функционировать желает в самом спокойном и надёжном городе на Кибертроне. Я прикинул, что подобное будущее мне тоже по искре. Конечно, в пещерах я функционировать не хочу, какими бы они комфортабельными и надёжными не были, а вот домик в пригороде Каона или того же Тарна, я думаю, не плохо бы смотрелся.

Баррикейд улыбнулся мечтам своего товарища. Кто бы мог подумать. Бесстрашные, мощные боевиконы, пускающие энергон настолько привычно, как другие кубик низкозаряженного в себя опрокидывают, а также мечтают о своём пристанище, крыше, где можно отдохнуть, расслабиться, спрятаться от всего и всех. Всё-таки все они по сути одинаковы. Прав был Прайм. Тысячу раз был прав.

— А не заржавеешь с тоски?

— С чего бы это? Хочешь ставки сделать — гоночные треки или нелегальные бои! Хочешь тряхнуть стариной — заявляйся сам на ринг. Хочешь светской жизни, отполировал броню и вперёд в элитные бары! Весь Кибертрон, вся Империя у твоих ног. Были бы кредитки!

— И сексботы, — решил поддеть танк-формера Баррикейд.

— А то! Вообще, я планирую выбрать посимпатичнее, посмазливее, да помоложе, и себе одного зажать! Чем по подворотням обтираться, будет обслуживать одного боевикона с весьма недурной наружностью, — довольно загоготал Броул. — А уж я никогда скупым не был. И полиролью дорогой залью, и стразами обклею, и энергон самый лучший хлебать будет!

— Броул, ты процессор спалил? Ты хочешь взять в партнёры сексбота?!? Ты что, получше пару себе не можешь найти? — разведчик не мог поверить в то, что услышали его аудиодатчики.

— А чем сексбот плох? На платформе ему равных не будет! Никаких тебе капризов, всегда готов ко всему. Красивый корпус, смазливый фейсплет, мех, но зажигательно крутящий задом! Бэты будут хорошенькими от такого-то партнёра. Весёлый характер, лёгкий нрав, умение свои проблемы держать при себе. И заводятся с пол-оборота. И уж точно такой не уйдёт, главное напряжение ему сбрасывать регулярно. А я отсутствием желания не страдаю!
Баррикейд смотрел на широко осклабившегося товарища и всё никак не мог решить, это Броул так шутит или он говорит на полном серьёзе? Через какое-то время разведчик окончательно уяснил, что боевикон серьёзен как никогда и абсолютно уверен в собственной правоте. И, как только он насобирает нужное количество кредитов, то и дом купит и сексбота заодно заведёт тоже. Своего, личного.

— А ты думал чем займёшься потом? — сменил тему Броул.

— Тем, что умею, — хмыкнул Баррикейд. — А я умею только хорошо шпионить и неплохо драться. Неплохая работа, особенно, если за неё стали так хорошо платить.

— Ну, ты же не всегда будешь воевать, — неуверенно протянул боевикон, с явным интересом разглядывая колёсного меха с монохромным корпусом. — Ведь какие-то планы на будущее у тебя должны быть.

— Поверь мне, Броул, я их все только что тебе озвучил.

— Но зачем тебе тогда столько кредиток, если ты ничего не хочешь?

— Почему ничего? Я хочу весело функционировать. Когда мне приходилось выживать на улицах Каона, будучи глупым спарком, мне приходилось драться на потеху толпы за дешёвый энергон. Так что, сейчас я хочу пить только самое лучшее пойло, желательно, коллекционное. Я хочу снимать самых дорогих и красивых сексботов. И я хочу каждый раз снимать нового. И я хочу посещать самые дорогие забегаловки. Не слишком патриотичные и величественные мечты, не так ли?

Броул опечаленно покачал шлемом.
— Кейд, а ты не думал о партнёрстве? Нормальном партнёрстве?

— Думал. Но кое-кто, не будем называть имён, в красках описал мне моё будущее. И то, куда я могу засунуть свои мечты о достойном партнёре, — разведчик для наглядности указал товарищу на стоявших неподалёку от них сикеров, бросающих заинтересованные взгляды на Баррикейда и явно горячо обсуждающих его между собой. — Считай это прощальным сентиментальным подарком от Рэмджета. Теперь меня заманят на платформу только ради того, чтобы проверить, из-за чего это известный сикер второй тройки кибертронских ВВС держал подле своего корпуса так долго какого-то колёсного. Но как кандидата в партнёры меня ни один стоящий десептикон рассматривать не будет. В этом Рэмджет оказался абсолютно прав, остатки с чужого стола никому не интересны.

— Кейд, да ты что? — ужаснулся Броул. — Не все такие твари как он!

— Броул, проверять я не собираюсь. Ты даже не можешь представить сколько предложений о свидании я получил после разрыва с Рэмджетом. Некоторые не стесняясь спрашивали у меня цену, за которую я разрешу попользоваться своим корпусом, — разведчик положил манипулятор на серво Броула, который уже порывался вскочить. — Успокойся. Это было закономерным. В любом случае, партнёрством я уже сыт по самые воздухосборники. Меня вполне устроят ровные приятельские отношения и сексботы в барах, с которыми всё предельно ясно и никаких сюрпризов не предвидится. Так функционирует огромное количество трансформеров. И судя по всему, они вполне довольны. И я сейчас тоже весьма доволен. И ближайшие несколько миллионов астроциклов собираюсь довольствоваться меньшим, зато проверенным.

— Кейд, ты не прав, — только и произнёс расстроенный боевикон.

— Брось, Броул! Ты купишь дом, я буду продолжать воевать. Ты же не откажешься иногда принимать под своей крышей такого гостя как я?

— Кейд, мои двери всегда будут открыты для тебя, — Броул широко улыбнулся, иронично подмигнув. — Только сексбота бери своего!

— Договорились, — кивнул разведчик, думая, что Броула ничто уже в этом мире не исправит.

***

Нокаут вылил на себя целый флакон дорогой полироли и потратил два джоора на доведение своей и так сверкающей брони практически до зеркального состояния. Потом придирчиво оглядел себя. Красиво, но не торжественно! Тогда он открыл подарочную упаковку, как-то по случаю преподнесённую ему одним очень благодарным пациентом из наёмников. В яркой коробочке лежал набор дорогих кристаллов с мультиогранкой. Кристаллы были белоснежные, способные отражать в себе всё, что находится рядом. Нокаут аккуратно нанёс кристаллы по специальному трафарету с лазерной разлиновкой на свои плечевые накладки. Вот теперь в самый раз: красиво, утончённо, торжественно!

Настроение было приподнятое. Игривая улыбка то и дело мелькала на губах ярко-бордового медика. Сегодня Блэр возвращался на трек! И он прислал официальное приглашение на заезды. Место Нокаута было на главной трибуне, в середине всего действа. Это означало не только самую лучшую картинку, удобные места, столик рядом, официантов с коктейлями, но и возможность после старта подойти и лично поздравить победителя с победой! С главной трибуны спускалась прямо к финишной прямой широкая лестница.

Это был его день! Даже если бы четвёртая и пятая кибертронские войны сейчас полыхали вокруг вместе с дюжиной восстаний, и полчища Мегатронов и Праймов бились бы друг с другом на каждом повороте, Нокаут всё равно не пропустил бы данный заезд. Блэр был его пациентом! Но, хотя, серво и корпус собирал ему не он, зато вселял в автобота уверенность в собственных силах именно главврач десептиконов лично!

Бордовым сверкающим вихрем Нокаут пролетел по улицам Айакона ловя восхищённые взгляды. Царственно, никак не меньше, он вступил на главную трибуну. И если Блэр был сегодня звездой трека — в этом десептикон не сомневался ни на клик, то звездой трибун и болельщиков сегодня был Нокаут. Он здоровался со всеми, вежливо и степенно кивая, чуть поблёскивая своей ярко-красной раскосой оптикой, еле заметно поводя корпусом, заставляя дорогие кристаллы вспыхивать яркими огнями, а потом медленно затухать. Он купался во всеобщем восхищении, он чувствовал чужой восторг. Ох, как дано он был лишён этого!

Как только он занял своё место и заказал редкий и дорогой, с изысканными кристаллами, крепкий коктейль, то сразу же вокруг него выросла целая толпа. Кто-то просто щебетал ни о чём, как молоденькие фемки из аристократии; кто-то интересовался как так получилось, что лечащим врачом гонщика-автобота стал десептикон; кто-то не стесняясь спрашивал, связывают ли Нокаута и Блэра только чисто деловые отношения врач-пациент или нечто большее. Медик отвечал всем предельно вежливо, иногда больше намекая, чем давая исчерпывающий ответ; иногда весьма тонко отшучивался от слишком откровенных вопросов.

Наконец объявили старт. Нокаут впился лихорадочно блестящей оптикой на покрытие гоночного трека, на взметнувшуюся сине-голубую стальную колёсную птицу. И хотя медик не раз присутствовал лично на тренировках Блэра, он не мог не отметить, что в обрамлении своих соперников, синий гонщик смотрится ещё более прекрасно. Блэр не стал играть, он с места прилично оторвался от остальных гоночных болидов. Вёл он легко и уверенно, красиво, вызывающе не сбавляя скорости облизывая все повороты. Вскоре все участники скрылись из зоны видимости. Взоры публики перекинулись на огромные экраны головизоров, где продолжали транслировать в режиме реального времени гоночную эпопею. Нокаут с нескрываемым восторгом и обожанием следил за скользящей сквозь пространство синей гоночной машиной. Он был полон гордости за Блэра. Впервые, он был полон гордости за кого-то другого кроме себя.

Естественно, победил с приличным отрывом Блэр. Как и всегда, когда он участвовал в заездах. Только Нокаут решил уже спуститься к гонщику со словами восхищения и пламенной поздравительной речью, только подхватили свои приспособления информационщики... как на треке начался скандал. Какой-то ярко-жёлтый с красным гонщик что-то кричал. Охрана быстро увела скандалиста, но торжественность момента была нарушена, скомкана и безвозвратно испорчена. Наблюдая за тем, как два огромных мрачных боевикона волокут к выходу плюющегося негодованием трансформера, Нокаут сам того не заметив, задал вслух интересующий его вопрос.
— Кто это такой?

— О, это гонщик с Этении, — тут же услужливо подсказал ему голос из-за спины. — На своей планете он был всегда первым. Вот, решил приехать покорять Кибертрон и всю Империю. И не нравится быть вторым. Пока Блэра-то не было, он два раза даже выиграл главный заезд. Сразу бахвалиться начал, что он теперь первая звезда мировой величины. А тут такой казус.

— Да, некрасивая для него ситуация, — согласился Нокаут, думая в это время вообще не об амбициозном мехе, а о Блэре, который сейчас определённо точно мог опять замкнуться в себе.

Решительно выступив вперёд, Нокаут заскользил походкой крадущегося хищника в сторону гонщиков. Среди них ярко выделялся Блэр, которого поздравляли, который в ответ вежливо принимал поздравления, но около синего корпуса которого как будто пролегла полоса отчуждения. Медик влёт оказался рядом с удивлённым его неожиданным и стремительным появлением гонщика, подхватил Блэра под манипулятор и повлёк прочь от трека.

— Но награждение, — слабо запротестовал Блэр.

— На болт твоё награждение. Тем более, торжественность момента всё равно нарушена. Хочешь искусственно скалить дентопластины на камеры?

— Не хочу, — улыбнулся Блэр, перестав хоть слабо, но всё-таки сопротивляться, и теперь вполне благосклонно позволяя увлекать себя куда красно-бордовому медику заблагорассудится.

— Как ты относишься к чарующим звукам и терпким ароматам "Энергокристалла"? Надеюсь, ты не против полумрака и некоторой успокаивающей интимности тамошней обстановки?

— Отнюдь. Очень достойное место. Но почему столь удивительный выбор?

— А что я должен был выбрать? Или я порчу имидж десептиконам? — в ответ заулыбался Нокаут, садясь на стартовой площадке в свободную пассажирскую капсулу сам и затаскивая туда Блэра.

Капсула плавно поднялась в воздух, направляясь по введённым в бортовую панель координатам.

— Ты вообще не перестаёшь меня удивлять, — доверительно сообщил Блэр. — Ты настолько противоречив, настолько многогранен... Что иногда я нахожусь в жутком диссонансе сам с собою. Ты не поддаёшься моей логике.

— Я вообще логике не поддаюсь, — самодовольно перебил его Нокаут. — Меня не понимать и разбирать по совершённым действиям надо, мною надо восхищаться и любить! Я не требую к себе запредельного обожания и поклонения, но обычные слова, сказанные мне, к примеру, "Нокаут, как ты хорошо сегодня выглядишь!" или "Нокаут, отличная работа" или "Нокаут, твоё общество доставляет настоящее удовольствие" очень согревают мою глупую, мятущуюся искру!

Блэр поражённо уставился на десептикона, не зная какую реакцию предполагает столь откровенная и смелая речь. Потом, легко дотронувшись до серво своего собеседника, абсолютно серьёзно проговорил.

— Нокаут, ты сегодня выглядишь просто восхитительно! Ты сияешь словно сверхновая звезда. И это правда. И ты отличный медик. Видимо, сам Праймас дал тебе манипуляторы при активации и несомненный дар даже к самому сложному ремонту! И, я ответственно тебе заявляю, что твоё общество не просто доставляет удовольствие, а его начинаешь больше и неоспоримо ценить с каждым лишним джоором, проведённым в твоей компании. И ещё. Спасибо тебе огромное и за помощь и за дружбу. Смею надеяться, наше общение можно уже расценивать как нечто большее чем просто отношения пациент-медик?

Нокаут с лёгкой довольной улыбкой выслушал комплименты в свой адрес, затем сжал серво Блэра своим манипулятором и очень прочувственно произнёс.
— Тебе испортили праздник, но ты тем не менее доставил большое удовольствие мне. Твои слова не просто лесть и я чувствую это искрой. Мне не хватит красноречия, чтобы выразить всю полноту моей признательности за этот шаг. Потому, этот вечер я буду хорошим мехом, не буду капризничать и посвящу всё своё время извлечению твоего настроения из той шлаковой дыры, куда ты его столь неосмотрительно опустил.

Блэр запрокинул шлем и искренне рассмеялся.
— Чувствую, сегодня меня ждёт много сюрпризов.

— Очень на это надеюсь, — кивнул довольный собой Нокаут.

***

Их столик находился в самом конце зала за пологом из сияющих голубых бусин. Им был виден в общих очертаниях весь зал, танцпол, но они сами мягко ускользали от внимательного взгляда за постоянно шевелящеёся синей волной.

На столике горел причудливый голубоватый светильник; мягкие, глубокие сидения казалось были специально созданы для того, чтобы дарить незабываемый комфорт колёсным моделям. На столике уже стояли пузатые бокалы с мерцающим чуть лиловым энергоном.

— Коллекционный? — сразу догадался Блэр.

— Да. Ещё довоенный. Пришлось постараться чтобы его достать.

— Довоенный?! — не поверил гонщик, поднося бокал к анализаторам запаха и наслаждаясь букетом ароматов древнего как они сами напитка. Затем гонщик сделал маленький глоток. Нокаут с огромным удовлетворением наблюдал, как Блэр гоняет внутри рта эту потрясающе тягучую жидкость, изучая, запоминая, прописывая во всех банках памяти восхитительный вкус. Оптика гонщика поражённо расширилась, а потом зажмурилась в удовольствии. — Это что-то потрясающее!

— Не спорю. Иначе его здесь бы не стояло.

— Ты явно заказал столик заранее. Ты нашёл редчайший во всей вселенной энергон. И ты хочешь чтобы я поверил, что это всё из-за моего возращения на трек? — недоверчиво спросил Блэр.

— Нет, конечно! — рассмеялся Нокаут, салютуя бокалом автоботу. — Это за твоё возвращение в мир актива и полного функционала!
Блэр был явно поражён.

— Нокаут... если ты хочешь закончить этот вечер снятием для меня сексбота, то я тебя...

— Не глупи! — перебил медик, досадливо поморщившись. — Я могу тебе дать своё слово, что у меня нет и не будет подобных мыслей в процессоре. Я не стану тебя укладывать на платформу против твоей воли даже во славу Кибертрона, и тем более с тем, кого ты на ней видеть не желаешь. Я хотел отметить другое. Я медик. Моя работа читать чужие энергополя. Так вот, несколько ротаций назад твои энергополя наконец-то приобрели яркость, чёткость и целостность как у трансформера, который твёрдо стоит на серво, и знает чего хочет. Я смело причисляю подобное достижение и к себе тоже. Так что, это празднование обоюдной победы! Самые великие победы мы одерживаем над собою. Всё остальное — второстепенно.

Блэр не спеша обдумал услышанное, и вместо слов в ответ отсалютовал лечащему доктору своим бокалом.
— А теперь, прошу, давай поговорим о чём-нибудь отвлечённом, лёгком! В конце-концов, предполагается, что мы празднуем.

— Нокаут, скажи, а ты не хотел бы вернуться на трек в любительские заезды? — осторожно поинтересовался Блэр, внимательно вглядываясь в красную оптику. — Мне кажется, ты мог бы показать неплохие результаты в своём классе.

Нокаут только отмахнулся.
— Я пробовал, вспомни! Ничем впечатлительным подобная проба не закончилось. Быть массовкой в серединке я не хочу.

— Я помню. Но тогда тебя тренировал не я.

Нокаут поперхнулся энергоном и чуть не стравил себе под ноги всё что выпил.
— Ты хочешь сказать, что готов взять меня под свою опёку и тренировать? Для любительских заездов? Я тебя правильно понял?

— Абсолютно.

— Но почему? Зачем? Ты же никогда не разменивался в учениках ни на кого уровнем ниже чем главный заезд. А я даже тип, класс другой. Универсал с гоночным прикидом.

— Скажем так... я тоже хочу однажды отметить твоё возвращение в полный функционал.

Нокаут не нашёлся что ответить на такое меткое замечание. Но и отказаться он не смог.

@темы: Блэр, Баррикейд, Нокаут, Праймас, Рэмджет, трансформеры

URL
   

С приветом оттуда

главная